Семейный портрет с посторонним Алиса в Стране Чудес Средство Макропулоса


| НОВОСТИ | РЕПЕРТУАР | СПЕКТАКЛИ |
| АРТИСТЫ | РУКОВОДСТВО |
ИСТОРИЯ | СТАТЬИ |
| ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СЦЕН |
EMAIL | КУРИЛКА

 СТАТЬИ

Любовь зла

    "Орнифль, или Сквозной ветерок" - не совсем обычная комедия. Ее автор, французский драматург Жан Ануй, не играет с публикой в поддавки. В пьесе нет ни столь любезного всем хеппи-энда (герой в финале умирает), ни торжества душеспасительной морали (герой умирает нераскаявшимся). По зато в этой пьесе есть правда жизни. Правда горькая, но ведь сладкой она не бывает. А еще есть в пьесе увлекательный сюжет, закрученная интрига, блестящие, остроумные диалоги. Есть все, что гарантирует сценический успех.

    Так что, можно не сомневаться, этому спектаклю, премьера которого состоялась недавно в краевом театре драмы имени Пушкина, обеспечен долгий аншлаг. Режиссер-постановщик Алексей Литвин удачно выбрал комедию не просто смешную, но и дающую повод для размышлений.

    Главный герой, Орнифль (народный артист России А. Исаченко) - стареющий поэт и неугомонный ловелас, которого с большой натяжкой можно назвать современным Дон-Жуаном. Все-таки истинный Дон-Жуан должен бы умереть молодым, и не от банальной болезни изношенного сердца, а от клинка или пули соперника. Орнифль же отнюдь не боец и на подвиги не способен, а при виде направленного на него пистолета падает в обморок. Он ведь жизнь любит больше, чем опасные приключения, и предпочитает словесные перепалки настоящей дуэли. Если это и Дон-Жуан, то уж очень обуржуазившийся.

    Орнифль из тех людей, для кого нет ничего святого. Незадолго до смерти он жалеет лишь о том, что мало грешил. "Жить надо легко" - вот его кредо. Для него нет вещей, над которыми нельзя смеяться. И он с одинаковым блеском подшучивает и над Господом Богом, и над влюбленными в него женщинами. Скольким дамам разбил он сердца! (Правда, все эти дамы с разбитым сердцем ухитряются его пережить - надо же кому-то оплакать героя.) А сам он отмахивается от серьезных разговоров: "Вся наша жизнь - лишь легкая комедия, давайте же сохраним этот тон до конца!" Так, играючи, и проходит сквозь жизнь, как порыв ветерка.

    Таким и играет его артист Алексей Исаченко, для которого роль Орнифля стала дебютом на красноярской сцене. Играет выразительно, выпукло, смачно. Правда, иногда ему не хватает изящества, легкости, элегантности, французского шарма, эр-тической "манкости". Его Орнифль обаятелен, но это скорее русское обаяние заматеревшего "мужика", которого шибко любят прекрасные дамы. Впрочем, судя по реакции женской половины зала, усилия актера не пропадают даром.

    Приятно удивил своей игрой заслуженный артист России Константин Вощиков, после долгого перерыва вернувшийся в труппу театра. Его плутоватый Маштю вызывает и смех, и сочувствие. Видно, с каким удовольствием играет актер - и его кураж заразителен. Изысканна и красива заслуженная артистка России Г. Саламатова в роли страдающей графини. Хороша Е. Качкалова, играющая мадемуазель Сюпо (может быть, даже слишком хороша для образа невзрачной стареющей девы). Парадоксален и ярок отец Дюбатон (арт. А. Истратьков), временами вдруг смахивающий на Мефистофеля. По-эстрадному смешны профессор Галопен (арт. Н. Бухонов) и доктор Субитес (арт. П. Авраменко). Ну а сладкая парочка юных героев - Фабрис (арт. А. Борисов) и Маргарита (арт. Т. Чубаро) - подкупают своим темпераментом и искренней свежестью. Особенно симпатичен порывистый, как мальчишка, Фабрис - внебрачный сын Орнифля, в десятилетнем возрасте поклявшийся убить беспутного отца и не сумевший свершить акт мести. А говорливый папаша не просто заморочил ему голову, но еще и вознамерился под конец отбить у сынка невесту. Помешала смерть, а то бы Орнифль не остановился и перед этой "шалостью". Смог же он без тени смущения сбагрить забеременевшую от него Кларинду своему же верному другу Маштю. И глазом не моргнул. Целомудренная мадемуазель Сюпо не зря называет его негодяем, но почему-то этот негодяй куда привлекательнее, чем сама Сюпо с ее занудством. Потому, вероятно, зло и неискоренимо, что бывает таким обаятельным.

    Орнифль - вне морали, как вне морали сама природа с ее красотой и нечаянной жестокостью. Не принципы движут такими людьми, а жажда жизни. За это, наверное, в них и влюбляются женщины. Как говорится, любовь зла... Ну и так далее.

Эдуард Русаков

Другие статьи

Наверх