СТАТЬИ

Товарищеский суд Линча

Это факт, что премьера иронической трагедии Виктора Мережко "Женский стол в "Охотничьем зале" прошла в Пушкинском драмтеатре с успехом. Режиссер-постановщик Геннадий Крук умело использовал актерский ансамбль для создания спектакля одновременно и злободневного, и как бы парящего над бытом, отвечающего на вечные, нестареющие вопросы. Многие мизансцены, особенно финальные, производят впечатление откровенной метафоры, символа. И все ружья в этом спектакле в буквальном смысле слова стреляют.

Будучи очень опытным и талантливым драматургом, Виктор Мережко так увлекательно строит почит детективный сюжет, что спектакль смотрится с неослабевающим интересом. Острая интрига сочетается с лирической, чуть ли не автобиографической исповедальностью, разгадывание клубка любовных и семейных тайн идет параллельно с беспощадным судом, которому подвергает себя главный герой - Никита Бардин (нар. артист России В. Дьяконов). В том же самом ресторанном зале, где встречаются нынче герои пьесы, три года назад веселились другие персонажи, в том числе дети, и почти все они (кроме Бардина и еще двоих) утонули, отправившись в непогоду кататься на лодке. С той поры Бардин, измученный укорами совести, теряет рассудок и становится обитателем психобольницы.

И вот спустя три года он снова оказывается в этом зале, в компании женщин, по-разному связанных с ним, и терзающее его чувство вины не только не утихает, но становится невыносимым. К каждой из женщин он обращается с мольбой о прощении. "Надо было жить по-другому!" - восклицает Бардин. Но прошлого не вернешь. И успокоение приходит лишь после лечебной инъекции, а сам герой очень даже напоминает распятого Христа.

Нет страшнее суда, чем суд собственной совести. Тем более что все женщины, перед которыми кается Бардин, мало подходят на роль судей - каждая из них также несет бремя и своей вины. И его мать, подкинувшая когда-то сынка в детский дом (засл. арт. России А. Прибавочная, нар. арт. России Е. Мокиенко), и его жена, она же врач-психиатр (засл. арт. России С. Сорокина), и его дочка, вульгарная продавщица (арт. Э. Присакару), и бывшие его возлюбленные (арт. Г. Цыганкова, Г. Дьяконова, Н. Крутова) - все они - судьи и жертвы одновременно. Как оно, впрочем, обычно и бывает в жизни.

В конце спектакля все эти женщины, по сути, распинают героя на больничной койке. А заправляет всей этой психоаналитической расправой женщина-вамп, бывшая проститутка, а ныне крутая бизнесменка, желающая избавиться от свидетеля своей бурной молодости (засл. арт. России Л. Михненкова). По словам постановщика, "автор пьесы запирает своих персонажей, как в мышеловку, в своеобразный "охотничий зал", гед "пейнтбол" (современная "войнушка" для взрослых) становится символом выживания героев в экстремальной ситуации".

Эдуард Русаков
"Красноярский рабочий", 16 декабря 1999.

Наверх

Программка спектакля
Другие статьи