Чужой ребенок Хозяйка гостиницы Алиса в Стране Чудес


| НОВОСТИ | РЕПЕРТУАР | СПЕКТАКЛИ |
| АРТИСТЫ | РУКОВОДСТВО |
ИСТОРИЯ | СТАТЬИ |
| ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СЦЕН |
EMAIL | КУРИЛКА

 СТАТЬИ

Нет просвета в темном царстве

Творческий коллектив пушкинского драмтеатра еще раз продемонстрировал свой высокий профессионализм, ухитрившись превратить одну из самых мрачных и беспросветных пьес Александра Островского в яркое и веселое представление, насыщенное юмором и музыкой.

Питерский режиссер Борис Уваров, известный красноярцам по весьма популярной "Хозяйке гостиницы", поставил на этот раз комедию "Банкрот, или Свои люди - сочтемся". Если расценивать подзаголовок, данный спектаклю, - "афера в 2 действиях" - не только в содержательном смысле, но и как обозначение самого режиссерского замысла, то следует сказать, что афера эта вполне удалась.

Первая пьеса А. Н. Островского "Свои люди - сочтемся!" ("Банкрут") была написана в 1849 году и сразу же запрещена цензурой для постановки на сцене. "Все действующие лица - отъявленные мерзавцы, - писал в резолюции цензор. - Разговоры грязны; вся пьеса обидна для русского купечества..." Следует признать, что цензор в общем-то был прав - в пьесе нет ни одного положительного героя, и представители купечества не могли радоваться, видя себя в этой пьесе, как в зеркале (кстати, хочется сразу отметить удачный и многократно обыгранный образ зеркала в спектакле пушкинцев). Современниками пьеса (опубликованная в обход цензуры в журнале "Москвитянин") была встречена с восторгом, о ней с похвалой отзывались и Николай Гоголь, и Лев Толстой. На протяжении более 150 лет эта пьеса пользовалась сценическим успехом. Не устарела она и в наши дни.

Сегодня, как и во времена Островского, "новорусское" наше купечество при всем своем внешнем лоске отличается тем же цинизмом, хамством, безудержным корыстолюбием. И сегодня многие ради денег готовы засадить за решетку хоть родного отца, и чиновники наши так же не гнушаются взятками, а повальное пьянство давно уже стало национальной болезнью России. Все это свидетельствует о духовном банкротстве общества, обо всем этом и поставил свой спектакль режиссер Борис Уваров.

Вслед за классиком, который в ответ на упреки, что в его произведении нет положительного героя, говорил, что главный его герой - это правда, режиссер спектакля мог бы, наверно, причислить к своим положительным героям еще юмор и музыку, которыми так насыщено это яркое, искрометное действо. В спектакле множество остроумных находок, "приколов", иные из них грубоваты, вульгарны - ну, так ведь и показываемая на сцене кунсткамера моральных уродов не располагает к особому-то изяществу. Удачно придумано вокально-инструментальное трио "ветеранов Великой Отечественной войны 1812 года" (артисты В. Пузанов, А. Киндяков и В. Питерский), которое своими интермедиями оживляет спектакль, усиливая эффект "отстранения" и превращая старинные русские песни и романсы в современные "зонги". Буквально купаются в своих ролях заслуженная артистка России Т. Семичева, играющая ключницу Фоминичну, и артист А. Истратьков, уморительно смешной в роли пройдохи-стряпчего Сысоя Псоича.

Но в центре зрительского внимания, конечно же, главные герои пьесы. Это прежде всего купец Самсон Силыч (народный артист России А. Исаченко) - самодур, сквалыга, перехитривший самого себя. Чтобы не возвращать кредиторам долги, он переписал все имущество на зятя, который "отблагодарил" его тем, что отправил тестя в долговую тюрьму, а потом и в Сибирь, на каторгу. Если поначалу Самсон Силыч вызывает лишь отвращение (усиливаемое натуралистическим изображением геморроидальных страданий), то став жертвой коварства предателя-зятя он достоин искреннего сочувствия. Впрочем, с другой стороны, как говорится, поделом вору мука.

Если актеры, играющие купцов-родителей (тот же А. Исаченко и заслуженная артистка России С. Ильина в роли Аграфены Кондратьевны), показывают своих героев типичными представителями хрестоматийного "темного царства", то молодые актеры Э. Присакару (Липочка) и Н. Куцегреев (приказчик Лазарь Подхалюзин, ставший ее мужем и новым хозяином) откровенно модернизируют, осовременивают своих персонажей. И вот уже Липочка хамит и кривляется, бросая сегодняшние словечки ("ты чо?", "в натуре!"), а тихоня Лазарь на наших глазах наглеет и матереет, преображаясь в сегодняшнего же нувориша с одной извилиной в мозгу и пальцами врастопыр.

Хороши костюмы красноярской художницы Елены Турчаниновой, особенно дамские кринолины, обыгранные неоднократно в юмористическом ключе. Вполне современна и абсолютно лишена пыльного натурализма лаконичная и выразительная сценография питерского художника Бориса Петрушанского, совместившего бытовые детали эпохи (венские стулья, бутафорские окорока) с сугубо символическим звездным небом, где образ кухонного ковша превращается в Большую Медведицу, и с уже упомянутым зеркалом, в которое поочередно заглядывают все персонажи.

Не мешало бы чаще заглядывать в это зеркало и всем нам, особенно тем, кто захочет упрекнуть создателей спектакля в излишней вульгарности и недостатке изящества. И впрямь, какие уж тут претензии к театру, коли рожа России крива?..

Эдуард Русаков
"Красноярский рабочий", 24 мая 2003 года

Другие статьи

Наверх