Хозяйка гостиницы Семейный портрет с посторонним Семейный портрет с посторонним


| НОВОСТИ | РЕПЕРТУАР | СПЕКТАКЛИ |
| АРТИСТЫ | РУКОВОДСТВО |
ИСТОРИЯ | СТАТЬИ |
| ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СЦЕН |
EMAIL | КУРИЛКА

 СТАТЬИ

О том, как любили и хотят любить вновь

С новым спектаклем театра Пушкина в нашем городе стало чуть-чуть больше счастья

  Спешу обрадовать зрителей Пушкинского, которые до сих безутешно оплакивают "Поминальную молитву", - наверное, самый любимый многими спектакль, с которым нам пришлось попрощаться в прошлом сезоне. Нет, его, увы, не восстанавливают - он за многие годы частой и старательной эксплуатации сильно поизносился - как изнашивается любимое платье, то, что не выходит из моды и доживает до состояния, когда уже не подлежит ремонту. Зато его автор, питерский режиссер Владимир Гурфинкель, сделал новую постановку, способную обогатить понесший тяжелую утрату репертуар нашего театра. Это спектакль "Чужой ребенок" по пьесе Василия Шкваркина. Премьера состоялась позавчера, 13-го.

  Число, которого иные зря пугаются, оказалось счастливым. Это успех. И этим успехом новый спектакль будет пользоваться у тех, чья душа открыта чувствам добрым, в ком поет любовь, - а такими мы все и были задуманы. Пора, пора уже, как Мюнхгаузен, тащить себя за косичку из болота растерянности и пессимизма - новый век на дворе. В старом мы много чего натворили: рушили, строили, потом опять рушили - тут немудрено растеряться. И такой вот чужой ребенок вполне может быть ленточкой вплетен в ту самую спасительную косичку, потому как он утверждает ясно и даже весело, что стоит любить - себя, родителей, детей, свое прошлое и будущее.

  В афише значится, что это "комедия о том, как любили наши бабушки и дедушки". Пьеса Шкваркина написана в 30-х годах, тогда она много шла в театрах, но спектакль Владимира Гурфинкеля - это вовсе не памятник ушедшей эпохи, не сувенир, это, простите, попытка связать времен разорванную нить - связать бережно и аккуратно, а еще мастерски, ловко. Сыграв на наших самых светлых чувствах. Тех чувствах, что заставляют нас смотреть черно-белые фильмы 50-х. В старом советском кино все не так, как у нас сейчас, но устаревшие реалии не стирают его очарования, не лишают живительной силы, наверное, потому, что эти фильмы пропитаны абсолютной верой в человека, наивной до гениальности. Только так и можно было выжить здесь, где выжили мы, и сохранится. Как сказал Гурфинкель, это о людях, которые верят в завтра, даже не имея сегодня. Свой спектакль он строил как бы отправляя нас к этому самому кино. На сцене и вправду появляется экран, крутится старая пленка, затем ее черно-белые кадры плавно, на миг обернувшись театром теней, превращаются в "живое" изображение. Актеры играют "старое кино" - историю о любви, дружбе, семейных трогательных узелков. Но все же сильны, и дороже их нет, - историю о том, как один невольный обман помог обнажить чувства истинные и ложные, закрутил нехитрую интригу, повлекшую множество мотивов, драматичных и смешных. Но если вы подумали, что это какая-то бытовая картина, - глубоко ошибаетесь. Авторы постановки не стремятся воспроизвести реалии минувших дней и ни в коем случае не пародируют их. Это не просто "старое кино", а скорее впечатление о нем нас сегодняшних, любование тем, что нам дорого. Своеобразный импрессионизм - так, наверное, наиболее точно можно определить стилистику этого спектакля. Он и внешне похож на живопись импрессиониста. Здесь заслуга художницы Ирэны Ярутис. Пространство спектакля словно подсказано каким-нибудь Клодом Моне. Все оно, включая персонажей, в мягких пастельных тонах и таких же мягких льняных тканях. Все здесь чистота и свет, все здесь пронизано солнцем, которое играет бликами от самой настоящей воды в реке, разлившейся на сцене, как может только играть солнце в воздушной белизне березовой рощи, которую удалось здесь удивительным образом воссоздать. Подвесные легкие декорации поддерживают атмосферу движения и полета эмоций. Они реагируют на переживания персонажей: стволы берез кружатся от головокружения влюбленных, зрителей первых рядов то и дело окатывают брызги от реки, в которой то кто-нибудь топится, то плещется в счастливом безумстве. Светлые тона, в которых сделан спектакль, компенсируют некоторое сгущение красок в изображении чувств: эмоции здесь бушуют - ведь еще полвека назад мы были несравненно сентиментальнее. И сегодня нам нужен этот накал вдохновения - какой бы красивой и тяжелой ни была люстра, она ничто без лампочки. Лампочки Ильича, густо болтающиеся на проводах, временами заменяют героям спектакля звезды. На самом деле это очень красиво. Светло и свежо здесь. Играют замечательные актеры. В главной роли - Владислав Жуковский - воплощение всей нежности и боли любящего отца взрослеющей дочери. Тема отцовства очень проникновенно у Владимира Гурфинкеля. Она здесь звучит в продолжение "Поминальной молитвы", вплетаясь, как и там в трогательную еврейскую мелодию. Впрочем, здесь много и других мелодий, в том числе горячая кавказская, которую очень зажигательно ведет актер Дмитрий Корявин. Все персонажи яркие, артисты играют в основном молодые, красивые и талантливые, смотреть на них радостно.

  Вот эту еще одну возможность радоваться и подарил нам нынче театр Пушкина.

Наталия Даниленко
"Вечерний Красноярск", 15 декабря 2000 года

Другие статьи

Наверх

Касса театра работает с 10 до 19 ч с перерывом на обед с 14 до 15 ч
Касса театра в ТЦ "Красноярье" работает с 10 до 17 ч, выходной - вс
Начало спектаклей в 19 ч, в выходные дни - в 18 ч, для детей - в 11 ч
Справки по телефонам: 27-35-01, 27-87-42
Адрес театра: пр. Мира, 73
Адрес сайта: http://drama.krasnoyarsk.ru

Главный режиссер - Александр Бельский
Художник-дизайнер - Сергей Поважнюк
Директор театра - Петр Аникин

Информационная поддержка - сеть Краснет